Новая китайская Политика в области черной металлургии (20.04.2015)

 

Этот текст – перевод выпущенного в конце апреля 2015 года пресс-релиза американского Института Чугуна и Стали (AISI) по поводу новой политики Китайского правительства в области Черной металлургии Китая.

 

II. Политика в области черной металлургии продолжает обеспечивать непрерывное госуправление и контроль над китайским стальным сектором экономики.

В релизе «Политики» для публичного освещения Министерство Промышленности и Информационных Технологий (Министерство) объяснило, что Политика создана с целью «заставить рынок играть решающую роль в распределении ресурсов отрасли». В то же самое время Министерство отметило существующий конфликт между «более эффективным осуществлением государственного управления» и «направляющей ролью государства в развитии стальной промышленности в ближайшие 10 лет». К сожалению, ключевые показатели, содержащиеся в Политике, показывают, что рыночным силам не дадут играть «решающую» роль в развитии китайского сталелитейного сектора, и роль рынка останется вторичной по отношению к роли правительства. Конечно, как и предыдущие решения правительства по стальному сектору, Политика демонстрирует намерение правительства управлять директивно сверху вниз всеми отраслями промышленности, как в Китае, так и глобально. Имеется в виду всё от регулирования количества и географического расположения предприятий в промышленности до списка продукции, которую нужно производить и технологий, которые необходимо внедрять. А именно:

  • Политика предписывает специфическую структуру и развитие отрасли, включая размер, объем выпуска и территориальное расположение предприятий. Например, Политика выступает за создание 3-5 гигантских стальных групп, конкурентоспособных на мировом рынке, а также группу предприятий – «региональных лидеров и лидеров в отдельных сегментах рынка». Политика предполагает, что эти привилегированные предприятия будут доминировать на рынке при государственной «поддержке унификации сильных и доминирующих предприятий» и поощрении «осуществления стратегической реорганизации» по всей продуктовой цепочке. В цифрах, Политика устанавливает цель, чтобы не менее 60% китайского стального производства производилось 10-ю крупнейшими стальными группами к 2025 году. Программа также ставит задачу переноса производства стали из урбанизированных промышленных центров с целью концентрации производства «в более конкурентоспособных предприятиях и в регионах со сравнительными преимуществами».
  • Для достижения этих целей Политика поощряет M&Aслияния и поглощения для «создания промышленных структур скоординированного развития между крупнейшими лидирующими производителями и специализированными средними и мелкими предприятиями». Ритм этих слияний и поглощений должна быть «ускорен» при государственном контроле и поддержке.
  • Также Политика устанавливает для китайской промышленности ассортимент продукции и стратегию исследований и разработок. Производители стали должны «увеличить объем разработок и их применение в области высокопрочных, коррозионностойких и специальных марок сталей и сплавов» (включая арматуру прочностью 400 Мпа), в то время как правительство «должно поощрять сотрудничество между производителями, исследователями, разработчиками и конечными потребителями», а также «поддерживать развитие новых стратегических отраслей промышленности». Помимо этого, Политика предполагает, что доля выручки от продаж «новой продукции» должна быть не ниже 20% в совокупном объеме продаж крупных и средних предприятий, а также расходы на исследования и разработки должны составлять не менее 1,7% выручки от основной производственной деятельности.
  • Политика устанавливает цели по отдельным технологическим улучшениям и предоставляет государственную поддержку для достижения этих целей. Например, «должны постепенно возрастать уровень индустриализации и автоматизации систем управления», процент предприятий, использующих «автоматизированные системы управления производством (MES) должен достигнуть 80%, а уровень продаж с помощью электронных площадок 20% в общем объеме продаж металлургической промышленности». Для финансирования таких технологических улучшений правительство должно «положиться на крупнейшие национальные строительные проекты, крупнейшие научно-исследовательские проекты и прочие государственные проекты», чтобы помочь «создать платформы по исследованиям и разработкам и их внедрению, а также координационные механизмы для важных технологий стальной промышленности, распределяющие выгоды и риски среди привилегированных предприятий».
  • Для претворения в жизнь этих проектов Политика обязывает правительство продолжать оказывать поддержку широкому спектру деловой активности в стальной промышленности. Это означает «зеленый свет» для китайского правительства на всех уровнях продолжать предоставлять субсидии и прочую помощь черной металлургии, что помимо прочего, уже привело к тому, что убыточные неэффективные предприятия поддерживались на плаву, хотя должны были уйти с рынка. Эта поддержка – главная причина торговых противоречий между Китаем и его торговыми партнерами, включая страны Северной и Латинской Америки и Европы.

Более того, Политика не устранила главный барьер рыночным реформам в китайской стальной отрасли – государственную собственность. Предписания Политики, касающиеся экспериментов со «смешанными формами собственности» могут стать полезными на первых шагах, но далее они падут перед главной необходимостью – отменить государственный контроль над решениями менеджмента коммерческих предприятий в Китае. Как и в других отраслях, в металлургические компании допускается частный капитал, но эти компании так и остаются под влиянием правительства до тех пор, пока государство имеет значительную долю в капитале предприятия, а чиновники занимают места в менеджменте компаний. Вдобавок, существуют риски со стороны квази-государственных организаций, таких как государственные пенсионные фонды и профсоюзы. До тех пор пока большая часть черной металлургии будет под контролем государства, именно оно и будет играть решающую роль в распределении ресурсов.

И хотя Политика призывает к отмене ограничений иностранным инвестициям в отрасль и это явно позитивный шаг, тем не менее, слишком мало подробностей она содержит насчет того, что именно означает эта «отмена ограничений», и до сих пор неясно, смогут ли иностранные инвесторы иметь контролирующее влияние на крупнейшие металлургические предприятия Китая. Согласно Политике, зарубежные инвестиции в отрасль призваны помочь «созданию здоровых механизмов по обмену технологиями, ресурсами, брендами, каналами сбыта, концепциями управления и финансовыми услугами». Вероятно, иностранные инвесторы останутся де юре и де факто субъектами ограничений, не дающими им полностью автономно существовать на китайском рынке. И наконец, даже если иностранных инвесторов и допустят к полному руководству средними и мелкими предприятиями черной металлургии Китая, они вряд ли окажут сильное рыночное влияние на рынок стали Китая.

Вкратце, новая Политика также позволяет китайскому правительству вмешиваться в развитие черной металлургии, а также контроль и управление отдельными предприятиями на всех уровнях – от слияний и поглощений и доступа к сырьевым ресурсам до возможности входа на рынок, приобретения и использования стальной металлопродукции конечными потребителями. Нам кажется, что Политика не сильно отклоняется от предыдущей политики в этой области и вряд ли сможет решить те серьезные проблемы, перед которыми сталкивается китайская и мировая черная металлургия.

III. Политика частично направлена на проблему китайского избытка производственных мощностей.

Одно из положений Политики – решение проблемы «чрезвычайно избыточных производственных мощностей» в Китайской черной металлургии. Согласно Политике, мощности по производству стали должны снизиться до «разумных» уровней и уровень их загрузки должен вырасти до 80% к 2017 году.

Это похвальные стремления. По нашему мнению избыточные мощности в Китае – величайший вызов, с которым сегодня сталкивается мировая черная металлургия, в том числе в виде давления импорта стали из Китая в последние несколько лет. Согласно Управлению Торгового Представительства США (United States Trade Representative), более 75% роста в производственных мощностях черной металлургии мира в 2000-2013 гг. произошло благодаря Китаю. Согласно Китайской Ассоциации Железа и Стали (CISA) объем производственных мощностей по производству стали в Китае – около 1,25 млрд. тонн, в то время как объем производства в 2014 году – 823 млн. тонн. Таким образом, избыток мощностей составляет 425 млн. тонн.

Инвестиционный и экономический рост в Китае контролируется в соответствии с «новой нормальностью[1]», согласно которому растет консенсусное понимание, что Китай, вероятно, достиг своего пика внутреннего потребления стали. Тем не менее, Китай продолжает наращивать как производство, так и мощности по производству стали, что и привело к растущему уровню избытка мощностей и резкому увеличению экспорта на мировые рынки. Избыток мощностей и его следствия – не уникальны для черной металлургии, и поразили ряд других отраслей промышленности Китая, в которых государство играет значительную роль. Но государство в Китае осознало, что избыток мощностей – серьезная проблема и решило придумать механизмы ограничения введения новых мощностей и сокращения избыточных.

И хотя государство признало, что существуют такие проблемы, по нашему мнению оно не сможет принять адекватные меры, чтобы значительно снизить недогруз мощностей. Для того чтобы достичь уровня загрузки мощностей в размере 80% к 2017 году, Китаю придется снизить мощности на 225 млн. т. стали или 112,5 млн. тонн в год, если предположить, что объем производства останется неизменным. Чтобы производство и мощности достигли «разумных» уровней, текущие объемы должны понизиться значительно. Это обескураживающий вызов, который может потребовать принудительного закрытия громадных объемов сталеплавильных и прокатных мощностей, особенно если следовать обязательствам устранить государственное вмешательство в отрасль и сделать так, чтобы управленческие решения и развитие отрасли шло только благодаря рыночным силам. Хотя мы приветствуем то, что Политика акцентирует внимание на «совершенствовании» механизма ухода предприятий с рынка, но видимые ограничения этого механизма по отношению к «устаревшим производственным мощностям», а также производителей, не согласившихся с некоторыми административными установками, приводят к неадекватности этого тезиса. Более всесторонний подход мог бы позволить всем неконкурентоспособным предприятиям, не получающим государственную поддержку, помощь в уходе с рынка с помощью законных процедур, как например рыночные процедуры банкротства, социальное страхование, программы переподготовки кадров, что снизило бы желание правительства поддерживать на плаву убыточные предприятия.

Для снижения избыточных мощностей проект Политики Регулирования пропагандирует консолидацию в отрасли путем слияний и поглощений (также как и предыдущая Китайская Стальная Политика), что, скорее всего, будет трудно выполнить многим производителям. Особенно, как упомянуто выше, Политика ставит целью к 2025 году сконцентрировать 60% производства в 3-5 гигантских конкурентоспособных на мировом рынке компаний, а также ряде предприятий на региональных рынках и рынках отдельных видов металлопродукции. Также Политика предусматривает дискриминационные или карательные тарифы на коммунальные услуги для предприятий, не соответствующим регуляторным стандартам безопасности, эффективности использования ресурсов и защиты окружающей среды.

Мы согласны, что производители стали должны поддерживать высочайшие стандарты безопасности, сохранения ресурсов и защиты окружающей среды, и мы поддерживаем начинания Китайского правительства. Но поддержание таких стандартов незначительно снизит избыток мощностей. Кроме того, в то время как консолидация предприятий может уменьшить их количество на рынке, это необязательно означает сокращение производства и мощностей. На самом деле такая политика может привести к тому, что местные администрации станут субсидировать своих производителей стали, чтобы стимулировать их экспансию и предотвратить их закрытие или консолидацию с другими предприятиями из других провинций. Поэтому такая политика может привести наоборот к увеличению производственных мощностей в большей мере, чем их сокращение, которого и пытается достичь отрасль. Разумеется, консолидация и реорганизация в черной металлургии долгое время были одной из целей китайского правительства, в то время как производственные мощности продолжали расти и избыток мощностей становился всё более сильным.

Нас особенно волнует то, что Политика не ставит целью полностью избавиться от избытка производственных мощностей. Дело выглядит так, что некоторый избыток мощностей должен быть вынесен за пределы китайской территории с помощью господдержки зарубежных инвестиций и поглощений. В этом смысле попытки модернизации и консолидации в отрасли направлены в основном на увеличение международной конкурентоспособности отечественных предприятий, а не на снижение производственных мощностей глобальных китайских стальных предприятий. В 2013 году Государственный Совет заявил, что правительство должно «стимулировать предприятия усиливать распределение продукции по рынкам и снизить отечественные производственные мощности». Местные правительства также выступили с подобными директивами. Провинция Хэбэй, к примеру, анонсировала намерение снизить избыток мощностей в провинции путем перемещения 5,0 млн. тонн мощностей за рубеж к 2017 году, и 20,0 млн. тонн к 2023 году.

В Политике также отразились эти цели, а именно государственная поддержка «отечественным предприятиям в ускорении заграничной экспансии и вовлечении в слияния с заграничными компаниями, либо строительство новых предприятий в зарубежных странах, а также создание дистрибуционных сетей в мировом масштабе». Это значит, что вместо уничтожения избыточных мощностей, Политика включает планы по переносу некоторых мощностей за границу вкупе с экспортом избытка продукции. В прошлом году китайский экспорт стали вырос до рекордных значений, что очередной раз показывает, что китайские производители, находясь под растущим давлением у себя в стране, активно наращивают экспансию на зарубежные рынки. Суть в том, что Китай будет поддерживать свою черную металлургию, как в самом Китае, так и за рубежом, например, давая ей возможность конкурировать на зарубежных рынках за счет избытка производственных мощностей внутри страны. Всё это лишь приведет к бесконечной иррациональной экспансии мощностей черной металлургии и приведет к убыткам частных компаний, неспособных конкурировать с китайскими предприятиями, находящимися в госсобственности и получающими господдержку, которые функционируют без жизненной необходимости генерировать возврат инвестированных в капитал средств.

В результате этой Политики, остальным производителям стали придется конкурировать с огромными объемами китайской стальной металлопродукции, как в третьих странах, так и у себя дома. Будет ли китайский план реализован благодаря экспорту китайской стали с помощью новых дистрибуционных каналов, либо благодаря выносу производственных мощностей за рубеж, конечный результат неприемлем для черной металлургии Северной и Латинской Америк и Европы. Мы считаем, что такая Политика, а также поддержка экспорта мощностей либо продукции из Китая, должны быть отменены. Эта Политика может нарушить правила субсидирования ВТО и может противоречить китайским обязательствам в торговых отношениях о запрещении и снижении избытка стальных мощностей.

Учитывая серьезность проблемы, китайскому правительству, возможно, понадобится играть активную роль в уничтожении избытка мощностей по производству стали в короткий срок. В конечном счете, однако, единственный путь значительно снизить избыток производственных мощностей – это исключить государственное вмешательство в черную металлургию и предоставить рыночным силам решать судьбу отрасли. Эта «судьба» состоит из (1) характера и количества фирм, входящих и покидающих рынок; (2) слияний, поглощений и реорганизаций среди металлопроизводителей; (3) производственных мощностей и объемов производства; (4) расходов на исследования и разработки; (5) продукции, которую надо производить, развивать и продавать; (6) продукции, нужно потребителям; (7) предложения сырьевых материалов и материальных ресурсов.

Для создания справедливой и конкурентной рыночной среды, правительство должно отказаться от государственной собственности и контроля над предприятиями. Другие мировые страны сделали именно так с помощью справедливых и прозрачных аукционов по продаже государственных активов – модель, которая может быть применима также для Китая. Вдобавок, китайское правительство на всех уровнях должно отменить субсидии и прочую поддержку металлургическим предприятиям, включая помощь в создании новых мощностей или поддержке убыточных и неэффективных предприятий. Также нужно позволить рынку капитала работать без вмешательства со стороны государства, с целью остановить прямые государственные вливания в убыточные металлургические предприятия. И наконец, китайские производители стали должны быть открыты к честной конкуренции на мировом рынке путем отмены тарифных и нетарифных барьеров и прочих дискриминационных барьеров на китайском рынке, включая отмену всех экспортных ограничений на сырьевые материалы.

IV Выводы

Черная металлургия стран Северной и Латинской Америк и Европы высоко ценят и полностью поддерживают установленные цели Политики Регулирования по снижению избытка производственных мощностей, разрешению рынку играть решающую роль в распределении ресурсов и созданию честной и конкурентной рыночной среды в китайской черной металлургии. Достижение этих целей в соответствии с установленными сроками необходимо для долгосрочной стабильности и здоровья китайской и мировой черной металлургии. Однако, по нашему мнению, Политика не представила рыночно-ориентированные реформы, жизненно необходимые для достижения этих целей. К сожалению, Политика продолжает отражать директивный, государственно-доминирующий подход к реформированию черной металлургии, тем самым поддерживая среду, в которой нет возможности проявления рыночным силам. Мы думаем, единственный путь для достижения установленных Политиков задач – избавиться от государственного вмешательства в отрасль и позволить рыночных силам решать судьбу черной металлургии Китая.

April 20, 2015

American Iron and Steel Institute (AISI)

Canadian Steel Producers Association (CSPA)

The Committee on Pipe and Tube Imports (CPTI)

The European Steel Association (EUROFER)

Latin American Steel Association (ALACERO)

Mexican Iron and Steel Industry Chamber (CANACERO)

Specialty Steel Industry of North America (SSINA)

Steel Manufacturers Association (SMA)

 

Материал взят с сайта: http://metalporn.ru